22
Пт, март

2004

«Национальная газета» публикует лучшие конкурсные работы на тему «Что значит быть русским сегодня».

Сочинение шестое

Моё открытие русского Казахстана

Вековать ли нам в разлуке?
Не пора ль очнуться нам
И подать друг другу руки,
Нашим кровным и друзьям?

Фёдор Тютчев

Больше всего русских мигрантов прибывает в Брянск из Казахстана. Они приходят в нашу правозащитную организацию и рассказывают о своей жизни в этой республике, которой правит, на первый взгляд, спокойный, рассудительный, благоразумный Назарбаев. У нас в России о нём сложилось хорошее мнение: это – государственный муж, идеи его со здравым смыслом; он, конечно же, за союз Казахстана с Россией.

Но неужели он закрывает глаза на то, что делают казахи с русским народом? Оказывается, сам Назарбаев как-то заявил, что "русского вопроса" в его республике не было и нет. Лукавил Назарбаев!

Когда Казахстан вышел из СССР, то в нем проживало всего лишь 37% казахов. Русских было больше. Казахи бросили клич своим зарубежным соотечественникам, чтобы они съезжались на свою историческую родину. Для создания превосходства в количественном отношении. Казахи – по численности – сравнялись с русскими. Потом – превысили и русских; правда, не столь значительно.

Четыре русских казачьих войска: Семиреченское, Оренбургское, Уральское, Сибирское находится в Казахстане.

Было также около 900 тысяч украинцев, примерно 700 тысяч немцев. Русские, украинцы, немцы хотели бы там жить и работать.

Однако в конституции этой республики было такое определение: "Казахстан есть государство самоопределяющейся казахской нации". Это фраза, на мой взгляд, была настолько шовинистична, что она могла разжечь русско-казахскую войну. Слава Богу, что Назарбаев додумался убрать её из своей конституции.

Но казахские националисты нашли другие способы, чтобы избавиться от русских. От русских, которые, будучи отличными специалистами, трудягами, трудоголиками, создали в этой отсталой республике промышленность, построили десятки городов и сел.

Сначала вокруг русских был создан вакуум: нельзя было выписать русские газеты и журналы, смотреть русское телевидение (все телепередачи – на казахском); при поступлении в вузы требовали знания казахского языка; закрывали русские школы, переименовывали русские города и населенные пункты; кандидатами в депутаты становились, как правило, казахи; землю – только казахам. Таким образом из простодушных казахов получились ярые националисты. Поистине: в тихом омуте... Всё это безумство творится в Казахстане и сейчас.

Не жалеют ни русских детей, ни русских стариков.

...Простая русская женщина – Прасковья Лобаскова родилась в беднейшей многодетной крестьянской семье в одном из сел Погарского района Брянской области. Пережила немецкую оккупацию. После войны уехала – по зову партии и правительства" –в Казахстан. В молодые годы ей всё было – нипочём. Строила железные дороги. Ремонтировала их. С ломом и киркой в руках. Создала семью. Муж и сын также работали на железной дороге. От железной дороги дали им новый большой просторный дом.

Но тяжелая работа, на износ, породила болезни. Болезни свели в могилу мужа и сына. У Прасковьи Ивановны отказали ноги. Ослепли глаза. А вокруг – ни одного родного человека. Некому ухаживать за ней. Написала в районный центр – поселок Погар Брянской области, где жил её племянник с семьей: мол, Витя, забери меня отсюда – хочу умереть на родине. У Виктора, при двух несовершеннолетних дочках и безработной жене, денег не было на поездку в Казахстан, и он написал, чтобы тетя как-нибудь приезжала сама.

Прасковья Ивановна обратилась к казахам-соседям, с которыми всю жизнь жила – не разлей водой: "Помогите, мои хорошие, оформить документы, чтоб смогла уехать. Слепая – ничего не вижу... Там, в Брянске, племянник Виктор встретит меня..."

Казахи сразу поставили условия, чтобы дом бесплатно отдала им. Дом –пятистенка; в России такой дом, с пристройками, с участком земли, с садом, стоит не меньше 500 тысяч рублей.

Прасковья Ивановна ничего не ответила им – её, больную, начали терроризировать: то – грозились поджечь дом с подворьем, то – убить или отравить... И тогда она взмолилась: "Ну хоть сколько-нибудь дайте за дом, у меня же нет ни копейки на дорогу... И выпишите меня в Россию, заполните листок убытия..." То есть, снимите с регистрационного учета.

Казахи дали ей за дом всего лишь 300 долларов, но выписали не в Брянскую область – в Карагандинскую: так как у Прасковьи Ивановны было лишь удостоверение личности в виде карточки, по нему нельзя снимать с регистрационного учета для выезда в Россию. А сказали ей, что в листке убытия написано: выезжает в Россию, в Брянскую область.

Лобасковой обязательно нужно было бы получить заграничный казахский национальный паспорт. А лучше всего следовало бы обратиться в Консульский отдел нашего российского Посольства за справкой о приобретении гражданства РФ. Никто из казахов не разъяснил ей этого. Никто не помог ей в этом.

Казахи-соседи рады были поскорее избавиться от тяжелобольной русской старухи и занять её дом. Посадили в поезд и сказали: "Езжай, все документы мы тебе оформили..."

Приехала Лобаскова в Погар, две недели не могла придти в себя – дорога так её, слепую, обезноженную, измотала, что – хоть в гроб ложись. По натуре стеснительная, она даже не попросила пассажиров, чтобы её сводили в туалет. Всё терпела... Не ела-не пила всю дороженьку...

Через две недели пошел племянник Виктор в Погарскую ПВС регистрировать её, а там говорят: "Пусть едет обратно в Казахстан и оформляет документы: у неё же, по существу, никаких документов нет..."

Обратился Виктор в Брянское областное управление паспортно-визовой службы, и там – от ворот поворот. Пришел в нашу правозащитную организацию. Мы написали жалобу в Паспортно-визовое управление МВД России в Москву. Просили одокументировать Лобаскову без выезда в Казахстан, к своим гонителям, преступникам, и без обращения в Казахское посольство в Москве за справкой о выходе из казахского гражданства. И только через четыре месяца пришел ответ в Брянское областное управление ПВС: выдать Лобасковой все документы. Выдали. Стала получать пенсию. А до этого жила – перебивалась кое-как...

Вот такая история.

Я рассказал об этом Екатерине Ивановне Заверняевой – самой младшей родной сестре моей ушедшей в иной мир бабушки по материнской линии. Екатерину Ивановну – я тоже зову бабушкой.

В молодости, будучи живой, красивой,быстрой (любое дело в руках у неё горело!), она с подругами, после окончания третьего Брянского строительного училища, уехала по комсомольской путевке – добровольно-принудительно – на целину, в Казахстан. Работала в составе строительно-монтажного поезда. Они строили дома. Тянули из Павлодара в степь железную дорогу... Жила с подругами в щитовом домике, пробиваемом всеми морозами и ветрами. Она была убеждена, что они, русские, делают великое дело. И вправду, трудились, не жалея себя. По-геройски! Да кому это теперь нужно? Жаль ей, что те "почины" бывших вождей сгубили многих ее подруг. Кто – погиб, кто – потерял здоровье... И сама Екатерина Ивановна застудила почки. Но вовремя она поняла, что надо уезжать из Казахстана. И – уехала. С болью вспоминает те нечеловеческие условия, в которых она жила и трудилась...

Она уехала, а вот Прасковья Лобаскова осталась. И теперь – ни мужа, ни детей, ни внуков. Казахстан жесток и безжалостен. Что же делать тысячам русским: уезжать или продолжать жить там?

Екатерина Ивановна Заверняева считает, что если есть в России родственники, то надо немедленно уезжать и обустраиваться на своей исторической земле.

Или же обращаться всем миром к Президенту РФ, к нашему Правительству, чтобы они оказали политическое и экономическое давление на казахские власти – заставили их создать нормальные условия в Казахстане для проживания русских. Чтобы казахские власти не закрывали русские школы... Чтобы русский язык стал вторым национальным языком... Чтобы живы были православные храмы и открывались новые...

И – сами русские, проживающие в Казахстане – пока их много – должны срочно объединиться, создавать свои организации, избираться во властные структуры...

Укреплено должно быть и русское казачество.

– Мы, русские, обязаны помогать соотечественникам, живущим не только в Казахстане, но и в любой другой стране, – говорит много повидавшая на своём веку простая русская женщина Екатерина Ивановна Заверняева. – Мы должны определить – как помогать... Каким образом... Сидеть без дела нельзя – изведут вражины русский народ... Изведут...

Утерев слезу, продолжала:

– Может, Казахстан, коль там почти половина русских, снова присоединить к России? Это было бы нашей великой победой. Но как это сделать – я пока не знаю. Знают политики, экономисты... Но согласны ли они это сделать? Если – не согласны, то слово "русский" в Казахстане будет унизительным, презренным словом...

Я тоже этого не хочу.
Я тоже этого не желаю.
Мне тоже больно от этого…
Потому что я тоже – РУССКИЙ!


Сочинение седьмое

Русские на голгофе

Не выходите в поле и не ходите по дороге,
ибо меч неприятелей, ужас со всех сторон.

Иеремия, 6,25

Духа не угашайте.

1-ое послание к фессалоникийцам апостола Павла, 5, 19

В семи километрах к северо-востоку от древнего русского города Карачева Брянской области, почти на границе с Орловщиной, находится село Одрино. Кстати, в нескольких километрах от этого села родились – в деревнях одного куста, одной местности – революционер-ленинец Алексей Бадаев и нынешние известные лица – губернатор Орловской области Егор Строев, лидер нынешних коммунистов Геннадий Зюганов. Это я так, к слову – изменить-то к лучшему они ничего не смогут.

Село Одрино знаменито тем, что здесь находился Одринско-Николаевский мужской монастырь, который был известен далеко за пределами нашего края.

До Октябрьской революции монастырь имел красивые храмы, гостиницу, бесценную библиотеку, старинные чудотворные иконы, иконописную мастерскую, скотные дворы, большой сад, рощу, пасеку, две школы: садоводческую и пчеловодческую, погреб с ледником, рыбные пруды, кузницу, глубинный колодец со святой целебной водой; и всё это было окружено каменной стеной с четырьмя башнями по углам и въездными воротами.

Огромная площадь монастыря напоминала роскошный сад со множеством аллей, палисадников, газонов, посреди которого величественно возвышался соборный пятипрестольный храм во имя Святителя Николая.

Всего было около ста добротных – "вечных" – зданий, которые строились моими прадедами и прапрадедами по отцовской линии – на века! Раньше цемента не было –применяли известь; её гасили по несколько лет, добавляя в неё яичный желток – для увеличения скрепляющих свойств.

До нашего времени сохранились только трапезная и настоятельский корпус. А где же делись другие, почти сто зданий? Их разрушили. Уничтожили. Взорвали. Растащили. Даже под склады не стали использовать, чтоб хранить хотя бы конную сбрую – хомуты да седёлки...

Как известно, В.И. Ленин после Октябрьского переворота 1917 года выбросил "в массы" лозунг: "ГРАБЬ НАГРАБЛЕННОЕ!" Я, простой русский юноша, и то понимаю, что такой лозунг мог зародиться только в больной голове. В здоровой – он просто не укладывается в мозгу.

Взяв этот лозунг на вооружение, убийцы, бандиты, жулики, воры, приспособленцы, люмпены-пролетарии, сифилитики и всякий хмельной сброд, вроде горьковского Челкаша, ринулись грабить РУССКОЕ НАРОДНОЕ ДОСТОЯНИЕ.

Был разграблен и древний, процветающий, богатый Одринско-Николаевский мужской монастырь.

Я могу еще представить, как уносили золотую и серебряную церковную утварь, древние книги, как на монастырском кладбище взламывали ломами склепы-могилы знаменитых людей России – русских князей-меценатов, политиков-графов, боевых генералов... Как хватали из цинковых гробов дорогие нательные крестики, иконки, ангелочков... Но я не могу понять и представить, зачем разрушали здания?! Это был вандализм особого рода – против русских, против России.

Потом, как рассказывал мне мой папа, начиная с 1917 года по 1990 годы, в селе Одрино не было построено ни одного добротного здания. В местных мелких колхозах, а их здесь было несколько ("Пчёлка", "Красный Октябрь" и др.), негде было развивать животноводство, хранить корма.

Мужиков заставляли плести из лозы сараи, обмазывать их глиной – с добавкой в нее коровьего и конского навоза; и в этих промороженных – с минусовой температурой – сараях содержали колхозных свиней, коров, быков, лошадей, овец. Животные гибли десятками. Новорожденные поросята – сотнями...

И – никто не покаялся в смертных грехах: зачем надо было разрушать теплые, светлые, надежные монастырские скотные дворы? Они бы послужили тем же колхозам – до полного бы развала колхозов в 90-х годах XX века, и служили бы сейчас новым сельхозпредприятиям, которые можно было создать на месте умерших колхозов. И – продолжали бы служить... не знаю сколько ещё лет... Вечно!

Одринско-Николаевский мужской монастырь был центром духовной культуры всего Карачевского края. Сюда приходили тысячи людей со всей Брянщины, из Ближнего и Дальнего зарубежья, чтобы укрепить свою веру и волю, чтобы почувствовать себя истинно православными, истинно русскими. Архитектурно-художественные храмы возвышали простых людей, заряжали силой и энергией, распрямляли их, чтобы они могли постоять за себя, за своих детей, за Россию-матушку... Делали из них несгибаемых воинов и заботливых кормильцев, защитников всего праведного, русского...

В Великую Отечественную войну немецкий гарнизон расположился в оставшихся святых строениях монастыря. Бессовестные немцы, считавшие себя великой цивилизованной нацией, грабили всю округу. Они свозили сюда, в бывший монастырь, то, что хранилось в русских сундуках: памятные родовые вещи, старинные евангелия в серебряных окладах; пригоняли отобранных у русских коров, лошадей, поросят, овец; тащили кур, яйца, коровье масло... Они гадили в сохранившихся храмах, прямо в наших русских святых алтарях! Они похищали всё, что представляло хоть какую-то ценность...

В "Памятке солдату" гитлеровской армии говорилось: "...убивай всякого русского,.. не останавливайся, если перед тобой старик или женщина, девочка или мальчик, убивай, этим ты спасёшь себя от гибели, обеспечишь будущее твоей семьи и прославишься навеки. Ты, немец, абсолютный хозяин мира, ты будешь решать судьбы Англии, России, Америки. Как подобает германцу, уничтожай всё живое..."

За время оккупации только одной Брянской области фашисты убили и замучили – 74.744 человека, в том числе свыше 5 тысяч детей; угнали в немецкое рабство – 153773 человека (см.: ГАБО. Ф.6, оп.1, д.54, часть 1, л.2-27). На территории Брянщины было убито и замучено в лагерях более 56 тысяч военнопленных (см.: Дандыкин Т.К. Во имя павших и живых. – Брянск, 2000. – С.33).

Национальное достояние, уничтоженное и разграбленное немцами только в городах и селах нашей области, никогда не будет восполнено, возвращено; его ничем нельзя окупить – никакими немецкими подачками: в виде марок, гуманитарной помощи и т.д.

И сейчас, когда я, русский юноша, узнаю, что министр культуры РФ Михаил Швыдкой пытается добиться возвращения трофейной Балдинской коллекции Бременскому Кунстхалле (364 произведения великих мастеров – от Тициана до Дюрера), это можно уподобить предательству интересов России; это – небрежение памятью миллионов замученных немцами русских – взрослых и детей, в том числе и моих родичей; это – тоже своего рода разграбление народного достояния России, которое г-н Швыдкой, конечно же, называет по-иному, опираясь на международное право.

Вспомните: русский воин, (офицер) рискуя жизнью, спас эту коллекцию от уничтожения, найдя среди руин и привезя из разбитой Германии в Россию; сохранил её.

Разве отдельные высокопоставленные лица в Москве имеют право поспешно решать судьбу этой бесценной коллекции?! Однозначно: НЕТ, несмотря на то, что по нынешним международным законам, как утверждает министр культуры РФ, возвращать, вроде бы, надо.

Но… тысячи уничтоженных и разграбленных немцами русских городов и селений, картинных галерей, музеев, школ – как это можно забыть? Преступлениям против человечности не бывает амнистии. Мои родичи и я – мы злодеяния немцев будем помнить всегда… Никакие законы не помогут стереть, вырубить из нашей памяти сердца, из генетическо-исторической памяти поколений то, что сотворили мясники Гитлера.

Почему бы не обудить дальнейшую судьбу Балдинской коллекции в СМИ: пусть скажут своё слово простые люди, ветераны войны и труда, политики, художники, артисты, писатели, учёные… Думаю, будет немало здравых, глубоко осознанных предложений. К примеру, хотя бы такое: пусть немцы за свои средства восстановят в нескольких российских особенно пострадавших от их преступлений городах православные храмы. И только тогда можно будет возвратить им названную коллекцию. Если же мы не будем бороться за разумное решение судьбы, скажем, все той же Балдинской коллекции, за сохранение всего нашего национального достояния – грош цена нам. Миллионы погиьбших русских не простят ни мне, ни тебе этого. Не простят разграбленные немцами Новгород, Брянск, Киев...Не простят тысячи русских городов... Не простят мои убитые немцами родные и близкие... В этом будет доля и моей вины – так я чувствую, так считаю.

...И снова я на родине моих предков по отцовской линии – в селе Одрино. Именно здесь, в Одринско-Николаевском монастыре, Карачевского района Брянской (тогда – Орловской) области фашисты допрашивали, пытали мою прабабушку –простую русскую женщину, многодетную мать Прасковью Илларионовну Полякову. Она не выдала ни председателя, ни секретаря сельсовета – она всё взяла на себя. Её, семидесятилетнюю, расстреляли за хранение боевого оружия, предназначенного для партизанского отряда. Расстреляли в ноябре 1942 года на тюремном дворе города Карачева. Управление КГБ по Брянской области потом своей справкой подтвердило это. Справка у меня имеется.

Здесь, в Одрино, 07 апреля 1901 года родился мой дедушка по папе – Семен Андреевич Поляков. Он воевал в гражданскую, белофинскую Великую Отечественную. Был ранен, контужен. Он защищал русских, Россию.

Старший дедушкин брат – Павел Андреевич Поляков, стойко и умело сражаясь с врагами на фронтах первой мировой войны, стал Георгиевским кавалером.

Другой дедушкин брат – красивый, статный – косая сажень в плечах – Василий Андреевич Поляков – тоже участник первой мировой. А в Великую Отечественную освобождал Румынию, Венгрию. Потом был в Одрино председателем колхоза...

Самый младший дедушкин брат – пулеметчик Афанасий Андреевич Поляков геройски погиб при освобождении села Дымня, под Ленинградом.

Мои прадеды были земледельцами и воинами. Умельцами – на все руки. Они с простым аршином в руках возводили чудесные храмы в Одрино. Возводили – как красота и мера скажет.

Я назван в честь прадедушки, папиного дедушки – Андрея Ивановича Полякова. Именно такого умельца. Не разрушителя, а – созидателя.

Мои бабушки и прабабушки тоже умели всё делать: шить, вязать, прясть, ткать, рожать, растить детей и внуков... Партизанить. Защищать Брянщину...

Все они были – истинно русскими людьми. Они мыслили и творили по-русски. И – любили по-русски.

Они гордились своей русской нацией. Своим языком. Своей православной верой. Своими традициями, обычаями. Своими предками. При любых, даже сверхжестоких обстоятельствах, не забывали, что они – русские люди, а русским – не резон падать, в сучьей дрожи, на колени – ни перед татарвой, ни перед литовцами, ни перед поляками, ни перед немчурой... ни перед березовскими, гусинскими, потаниными, дерипасками...

К великому сожалению, я не застал, не увидел на земле в живых ни одного родного лица – из вышеназванных. И многих-многих других родичей. Я опоздал увидеть... Могилы многих – не в Одрино. А где-то – в других краях. Знаю точно: не в чужеземных краях, а на русской земле, которую они защищали и спасли ценой своих жизней...

Но я чувствую, что все они, мои погибшие за русских, за Россию – в моей душе.

Скажем, не было бы на Белом Свете Прасковьи Илларионовны Поляковой – не было бы и меня, её правнука. В ней – моё начало, а во мне – её продолжение..Жизнь нашей семьи, нашего рода – не пресеклась. И – не пресечется. Может, поэтому на моих ладонях такие длинные линии жизни...

Я должен помянуть добрым словом бывшую простую русскую прихожанку Тихвинской церкви в Брянске. Всю жизнь она проработала штукатуром-маляром. Была в мирской жизни глубоко верующим человеком. Имела семью. И когда вышла на пенсию, то она сказала детям и мужу: "А теперь вы отпустите меня – я хочу послужить Богу, посвятить ему все оставшиеся дни на земле".

Дети и муж – плакали, отговаривали её, но потом – согласились. В апреле 1995 года она приехала на родину моего отца – в село Одрино и стала возрождать здешний монастырь. Но уже – женский. Она стала настоятельницей монастыря – игуменьей Матушкой Мариам.

Её и первых насельниц не смутил унылый вид заброшенной территории. Деятельно принялись они за восстановительные работы. Уже сделано немало возведены святые врата, звонница, отремонтирован братский корпус, начато строительство ограды и реставрация игуменского дома. Возросла и община, ныне она составляет уже более тридцати сестер. Большую помощь в их духовном становлении оказывают монахи Оптиной пустыни.

Прежде, чем писать все эти сочинения – на конкурс, я поехал в Николо-Одринский женский монастырь, и попросил у Матушки Мариам благословения, и она благословила меня на духовное созидание. Дала молитвы, которые помогли мне быть терпеливым, усидчивым и довести сочинение до логического конца.

Пречистая Богородица и Николай Чудотворец не отвратили от меня Своего милостивого ходатайства.


Сочинение восьмое

К славе и величию русского народа

...Встань, Русь! Поднимись,
Оживи, соберись, срастись –
Царство к царству, племя к племени!..

Древнее церковное пение

...Живёт страна – необъятная моя Россия,
Живёт страна, где встречала с мамой я рассвет,
Живёт страна, где влюблялась я под небом синим,
Живёт страна, и напрасно говорят, что – нет.

Также входит утро в наши города,
И большое солнце светит, как всегда,
И людьми всё также улицы полны,
Что вы лжёте, будто нету у меня страны!

Нам того, что было, зачеркнуть нельзя,
Чтоб ни говорили новые князья,
Будет жить на свете вечная страна,
Что ни делай, никуда не денется она.

Живи, страна, – необъятная моя Россия,
Живи, страна, где встречала с мамой я рассвет,
Живи, страна, где влюблялась я под небом синим,
И не слушай тех, кто скажет: " Нет..."

...И не слушай тех, кто скажет:"Нет..."

Русская современная песня

Нас, русских, унижают, оскорбляют, гонят, убивают, пытают; хотят резко уменьшить рождаемость русских детей – нашу численность... Хотят растоптать нашу русскую культуру. Вытеснить наши традиции, обычаи, сделать нас послушным рабским народом...

Что же делать?

Во все времена перед русскими вставал этот вопрос, и они находили на него ответ – делом, поступком, самопожертвованием, подвигом... Что же, действительно, делать? Продолжать подобные сочинения?! Но этого мало, это страшно мало. Это – почти на грани ничегонеделания...

Однажды, копаясь в развалах старого брянского букиниста Владислава Сергеевича Пасина ("Бери – что хочешь..."), я отыскал книгу одного московского раввина, изданную еще в середине 19 века. Полистал её для любопытства и глаза мои наткнулись на такое умозаключение раввина: "Нас, евреев, называют жидами... Считают хитрыми, неискренними, делающими людям только плохое... Нас ненавидят во всём мире... Но мы не должны озлобляться и отвечать тем же... Ибо зло порождает ещё большее зло... Давайте людям делать добро, только добро..."

Можем ли мы, русские, последовать указаниям этого раввина? НЕТ И – НЕТ!!! Почему? Потому что Россия уже разъединена на части и захвачена олигархами.

Возможно, кто-то из глупых и сонливых русских (таких немало!), потерявших стыд и совесть, продавшихся захватившим русскую землю "инопланетянам" типа Березовского, скажет, что, мол, ты еще не дорос до подобных сочинений и размышлений.

Но стоит ли слушать всякую чушь предателей? Конечно же, нет.

Я не сравниваю себя с великими русскими, не жалевшими живота ради народа своего, ради Руси святой... Но я знаю, и это дает мне веру и силы: все они были юными, молодыми... Александр Невский... Дмитрий Донской... И сейчас рядом с неподкупными русскими людьми, убеленными, как говорят, сединой, должны быть юные и отважные. Иначе нельзя. Иначе мы не победим.

Мы должны:

– возродить славу и величие русского народа;

– бороться за его самосохранение;

– поставить заслон международному терроризму (к примеру, я убежден: то, что разграбляются наши национальные богатства: газ, нефть, лес, картинные галереи, музеи – это тоже международный терроризм).

Но это – голые, общие, ничего не говорящие слова. Их надо оживить, сделать идеей, наполнить содержанием.

И прежде всего перед нами, русскими, встал вопрос вопросов – КАК ВЕРНУТЬ РУССКИМ ВЛАСТЬ В РОССИИ?

Это можно сделать совершенно законными методами:

– правовыми;

– информационными;

– финансовыми;

– и многими другими.

Единством всех этих методов.

Мы должны немедленно довести до русского народа: свою чёткую, понятную программу первоочередных и последующих действий; свою намеченную русскую Конституцию; выдвинуть в наши лидеры кристально честных и чистых, заслуженных русских людей: ученых, творческих работников, политиков; срочно – без промедления –объединить региональные русские национальные организации, партии, всех тех, кто любит Россию и не мыслит жизни без нее; мы должны возродить свои угасшие газеты, журналы, другие средства массовой информации и вытеснить правдой, и только правдой "инопланетянскую" олигархическую прессу, все их безумные, лживые СМИ; мы должны открывать свои бесплатные юридические консультации из русских волонтёров;

– в каждой республике СНГ и странах Балтии, а также в странах Дальнего Зарубежья создавать: русские клубы, славянские союзы, объединения, музеи; научно-технические общества;

– организовывать: выставки русских картин, русских книг и журналов и т.д.;

– проводить: русские аукционы, конкурсы, лекции, семинары – по истории России, её культуре, её науке, её искусству, её самобытным ремеслам; различные культурно-массовые мероприятия;

– открывать: школы художественного и прикладного творчества для русских детей;

– создать: систему стипендий, чтобы готовить для наших национально-русских организаций России будущих юристов, экономистов, политологов;

– открывать: кассы денежной помощи русским, попавшим в экстремальные условия жизни;

и так далее, и тому подобное: есть тысячи способов спасения русских и русской нации – мы их должны обдумать, выбрать самые нужные, оптимальные...

Всё это – незначительная толика того, что мы должны сделать.

Но главное – единение всех русских национальных сил – во имя спасения русского народа, во имя возрождения его славы и величия.

Своей ежедневной работой мы должны приблизить день воссоединения трех славянских народов – русского, украинского, белорусского. Это будет – праздник души. Это – будет великое дело. Мы, славяне, будем непобедимы.

Мы должны обдумать, что нам делать с националистическо-экстремистским Казахстаном. Не создать ли на его территории автономную русскую или славянскую республику? Это было бы спасением для всех русских, для всего казачества, для всех украинцев, живущих там. Тогда бы ни о каком исходе из этой страны славян не могло бы быть и речи.

Мы должны сделать всё для того, чтобы каждый наш ребенок – с самых малых лет – открыто, гордо осознавал, что он – русский, что он принадлежит к великой русской нации, к великой Русской (!) России.

И если мы осуществим всё это, если даже, не откладывая, начнем осуществлять всё это, – ЭТО И ЕСТЬ ОТВЕТ НА СВОЕВРЕМЕННЫЙ ВОПРОС: «ЧТО ЗНАЧИТ БЫТЬ РУССКИМ СЕГОДНЯ?»

Начнется очищение от скверны. От ига. Станут возрождаться наша духовность, наша соборность, наша державность и наша вера.

Откуда у меня такие мысли? Я что, семи пядей во лбу? Эти мысли, эту душевную боль я только постарался изложить на бумаге, а вылилось всё это в минуты бесед, тяжких размышлений о судьбах русских и России из праведных уст моего 90-летнего дедушки – Григория Михайловича Лопатко, из уст бабушкиной родной сестры –Екатерины Ивановны Заверняевой, её мужа Андрея Елисеевича Заверняева, из уст главного механика сельхозпредприятия "Чернооково" Климовского района Брянской области, моего двоюродного дяди по маме – Сергея Николаевича Бондаренко, из уст моего дяди по папе – Ивана Семеновича Полякова, из уст моего крестного – Василия Николаевича Котенка, моей крестной – Лидии Григорьевны Ященко, из уст моих двоюродных братьев – студента 4-го курса юридического факультета Брянского госуниверситета Андрея Васильевича Котенка и студента 2-го курса инженерного факультета Брянской сельскохозяйственной академии – Романа Афанасьевича Ященко... Из уст многих и многих русских, украинцев, белорусов. Я мог бы назвать сотни фамилий, но тогда сочинение – не будет сочинением.

Что касается моего сугубо личного мнения, говорю откровенно: и в нынешних жестоких условиях, унизивших русскую нацию, сознавать, что я – РУССКИЙ – это значит сознавать великую возможность, которая дадена Богом, – послужить делом возрождению русского народа и России.

И никто не поколеблет меня в этом мнении.

Если я буду поступать иначе, если я буду говорить иначе – то предам расстрелянную фашистами прабабушку Прасковью Илларионовну Полякову; предам раны и контузии дедушки, уже умершего Семена Андреевича Полякова, предам другого – живущего на русской земле дедушку – Григория Михайловича Лопатко, предам весь наш славный русский род... предам, в конце концов, Россию...

Вспомните, какие только враги, оккупанты ни захватывали русскую землю: хазарские и половецкие племена, польские и литовские паны, французы Наполеона, немцы, румыны, итальянцы... Захвачена она и сегодня олигархами.

Как сгинули все те иноземцы, так сгинут и эти галстучные оккупанты.

Русский дух и православная вера помогут нам очистить русскую землю от всего наносного, временного, неистинного...

Но надо помочь земле русской в том, чтобы начался процесс очищения...

Поможем!

Возможно, это моё последнее сочинение – самое слабое из предыдущих сочинений по художественно-изобразительным средствам. Может, я наговорил много банального, известного, избитого, набившего оскомину в душе... Но без этого нельзя: мы должны знать свой русский путь, его продолжение. Должны знать наши цели.

И некоторые из этих целей мне уже ясны и понятны, они вполне достижимы, если каждый из нас, русских, особенно молодых, займется рядовой будничной работой, которая поможет нам достичь желаемого.

Это тоже будет ответом на: ЧТО ЗНАЧИТ БЫТЬ РУССКИМ СЕГОДНЯ...

А Бог должен быть в душе у каждого из нас...

Да поможет нам Бог!

Брянск – с. Одрино – Николо-Одринский монастырь
– с. Чернооково – Оптина пустынь – Брянск,
март – июнь 2003 года

0
Лев

Контакты

Яндекс.Метрика