22
Пт, март

2004

«Национальная газета» публикует лучшие конкурсные работы на тему «Что значит быть русским сегодня».

Время быть русским!

Поляков Андрей Николаевич
Родился 04 июля 1988 г.
Проживает: Брянск.
Родители: Поляковы Н.С. и Н.Г., русские

Ко всем моим 8-ми сочинениям (единого замеса).

Чтобы раскрыть тему "Что значит быть русским сегодня", я, конечно же, буду говорить, исходя из настоящего времени, из реалий нынешнего дня. Но при этом сама история и логика событий вынуждают меня обращаться к ретроспекциям. То есть, чаще всего, к недалекому прошлому – начала 90-х годов ХХ века, иначе, на мой взгляд, трудно будет понять наше русское "сегодня"; оно же возникло не на пустом месте – ведь ничто из ничего не возникает. Думаю, тем самым, не сделаю тему скучной и неинтересной, не утомлю тех, кто будет читать мои сочинения. Зато будут видны и понятны корни событий... Важно обнажить эти корни.

Факты и фамилии во всех сочинениях – подлинные. Эти сочинения – не выдумка, не моя фантазия. Я постарался проанализировать реальные и даже, может быть, многим известные факты. Но со своей точки зрения. По-своему. Опираясь на свои взгляды, убеждения. Я брал только факты. Ибо факты священны, комментарий – свободен.

Автор – Андрей Поляков

Сочинение первое

Русские – в нижней точке??? А ниже... Смерть ?

Я не думаю, что можно знать кого-либо,
кроме своих соотечественников.

Сомерсет Моэм

Не было на свете ближе и милей,
Не было прекрасней Родины моей,
Вечная святая, добрая страна,
Ты не знала, что придут такие времена...

Была страна — необъятная моя Россия,
Была страна, где встречала с мамой я рассвет,
Была страна, где влюблялась я под небом синим,
Была страна, а теперь мне говорят, что – нет...

Русская современная песня

Мне 15 лет. Как говорит мой дедушка, Бог не обидел меня ни разумом, ни ростом, ни силушкой, потому что слились во мне воедино три нации, три крови : русская, украинская, белорусская. Я рано осознал, что я – русский.

Это случилось в выходной день осенью 1994 года. В то время мне шел седьмой год. Мама на два дня уехала из Брянска на свою родину, в село Чернооково – это на границе трёх республик: России, Украины и Белоруссии, чтобы проведать своего 80-летнего отца, моего дедушку Гришу – Григория Михайловича (ныне ему – без малого 90, и он единственный из оставшихся в живых моих дедушек; живёт один).

Мы с папой были дома. Папа просматривал местную рекламную газету, пытаясь найти себе подходящую работу. Неожиданно кто-то робко позвонил. Я открыл дверь: передо мной стояли худенькая девочка (наверное, моя ровесница) и совсем крошка-мальчик, который хотел есть и просил хлеба, размазывая слезы грязными тоненькими ладошками по глазам.

Я впервые в жизни увидел такое. И, взволнованный, потрясённый, с ущемленным сердцем, подбежал к папе и сказал, что пришли чужие дети. Вернее, я хотел сказать совсем иное, но не смог: комок подступил к горлу. Папа продолжал спокойно сидеть на стуле. Очевидно, он сразу и не понял, что за дети. Или подумал, что это пришли ко мне поиграться , как обычно, соседские ребятишки. И тогда я страшно заплакал и закричал:

– Дай ребёнку скорее хлеба, а то он умрёт!..

Папа, ошарашенный, удивленно глядел на меня.

Я в выплаке-крике снова повторил свои слова.

Мы пригласили детей в квартиру. Они были бедно и грязно одеты. Изношенные не по размеру башмаки. Великоватая, не по росту одежда... В те минуты, пока папа готовил для малышей обед, я завел их в ванную, дал им мыло и свежее полотенце...

Когда они поспешно, жадно, не стесняясь меня ели украинский борщ, быстро уминая и беря новые скибки хлеба, их большие голодные глаза пронзали меня, как бы говоря: "Не спрашивай ни о чём – дай нам вволю спокойно поесть..." Дети словно боялись, что мы в какой-то момент отберем у них еду. Это были братик и сестричка. От их пшеничных волос на голове, в которых запутались травинки, на кухне стало светлее. Кто же они? Дети тихо ответили, почти в один голос: "Беженцы мы. Русские."

Мы с папой узнали, что их папу и маму, бабушку и самого младшего братика Алёшу убили в Узбекистане, где они родились и жили. Убили за то, что не хотели "злым" узбекам отдавать свою большую квартиру. Дети хорошо запомнили иззверённые гневом, лоснящиеся жирные лица, кричащие и на них: "За-арэ-эж-жэм на шишлик, рускай свиньня...", "Вон с нашэй зимля..", "В своя Расия едз-жай...". Спасла этих сироток одинокая соседская русская тетя, не родная им, которая привезла их на свою историческую родину – в село Супонево, под Брянском. И они теперь жили с ней в деревенской, пустовавшей до них, хате – с протекающей крышей. Ничего у них не было. Спали они на охапке нажатой серпом травы.

Я дернул папу за рукав и прошептал:

– Пап, дай им еды с собой.

Папа дал им довольно вместительный пакет с едой. И – даже сколько-то денег. Мы переобули девочку в мои еще крепкие ботинки, а её братику отыскали кое-что из моей "малышовой" обуви. И проводили до остановки, посадили на автобус №1, строго-настрого наказав ехать домой...

Папа сказал мне, что надо бы этих детей устроить в детский дом или в сиротский приют. Но, как я потом понял, ему было не до этого :он сам тогда был безработным.Сам ощущал себя неполноценным русским человеком, согласным на любую, даже малоквалифицированную работу. И это – при двух высших образованиях.

И – не только он был подавленным, униженным. К нам приходили многочисленные наши русские друзья, родичи. Все они в одночасье оказались ненужными, пропащими, выброшенными за двери предприятий, учреждений, организаций. Некоторые чистосердечно говорили:"Лучше бы мы были евреями, а – не русскими".

Евреи уезжали в Израиль, в Америку. Там их ждали. Давали жилье, работу, платили подъёмные. Там у них была обеспеченная жизнь. Как им было не позавидовать?! Они уезжали от нищеты, голода, чернобыльской радиации, накрывшей почти всю Брянскую область, а значит, и – от раковых заболеваний... Сейчас "вся онкология" забита русскими детьми и взрослыми... Евреи уезжали и от бездумной перестройки...

В то время в России царил хаос (кстати, царит он и сейчас, но, думаю, в ином виде). В Брянске тогда, судя по моей поздней реконструкции событий, умирали в агонии известные всей России и зарубежью заводы: Брянский машиностроительный, а это – тепловозы и судовые дизельные моторы с пятиэтажный дом; завод дорожных машин – это грейдеры и другая, очень нужная техника; литерный «Кремний», выпускающий радиоэлектроаппаратуру для оборонной промышленности... Загибались буквально тысячи предприятий. Больших и малых. Страх и неизвестность парализовали русских людей.

Десятки тысяч из них оказались безработными. Ненужными. Изгоями в своей же стране. Это – никогда не забудется.

Тогда миллионы людей почувствовали, как плохо быть русским! Кстати, это горькое ощущение сохраняется у многих до сих пор: перемен-то к лучшему не видно.

И – началось расслоение русской нации: одни – строили финансовые пирамиды, наподобие "Русского Дома Селенга", как спрутом сжимавшего всю несчастную Россию, и грабя доверчивых русских вкладчиков; другие – открывали различные "АО", "ТОО", "ООО", захватывая газ, нефть, лес и наживая миллиарды, переправляя их в надежные евробанки, а большинство русского народа было превращено в быдло, в бомжей – без роду и племени, в рабов, подвергшихся эксплуатации своими же – "новыми русскими", учинившими иго над русской нацией похлеще татарского.

И – иго это процветает, приобрело изощренные формы. Особенно выгодно стало эксплуатировать нелегализованных, неодокументированных русских мигрантов – "новые русские" берут их на работу "подпольно", тайно, не платя за них налоги, не делая им отчисления в пенсионный фонд, не внося записи в их трудовые книжки. А кто заикнется о трудовом законодательстве – того вон, за ворота. Ибо за воротами тысячи таких же несчастных русских мигрантов, согласных на любые условия, лишь бы им заплатили хотя бы какую-нибудь сумму – на пропитание...

Как сообщило как-то Брянское областное управление паспортно-визовой службы, только на одной Брянщине таких более 12 тысяч человек. Но, как я знаю по обращениям в нашу правозащитную организацию, эта цифра намного занижена. Наверное, для престижа самой паспортно-визовой службы. Вместо того, чтобы помогать русским мигрантам в скорейшем получении российского гражданства и новых российских паспортов, эта служба, как цербер, встала на их пути к гражданству и своим зловещим рычанием отпугивает беззащитных людей...

Конечно, в семилетнем возрасте я ничего этого не знал.Это мои сегодняшние размышления. Рано от невзгод, бурей ворвавшихся и в нашу семью, повзрослело моё сознание. И сейчас я ощущаю себя не пятнадцатилетним, а – двадцатилетним, если не старше. Потому что я знаю: мы, русские, в своей же стране оказались на самой нижней точке. Ниже – некуда: там – распад, смерть, небытиё!

Может, эти мысли во многом навеяны моими горькими детскими воспоминаниями? Может, сейчас что-то меняется к лучшему?


Сочинение второе

Неоптимистическая трагедия: Русский исход

Слезы людские, о слезы людские,
Льётесь вы ранней и поздней порой...
Льётесь безвестные, льётесь незримые,
Неистощимые, неисчислимые, –
Льётесь, как льются струи дождевые
В осень глухую, порою ночной.

Фёдор Тютчев, 1849 г.

Но откуда – беженцы? Войны же такой, как Великая Отечественная, на которой был тяжело ранен и контужен мой дедушка Гриша, погибли многие мои родичи, которая породила миллионы беженцев, сейчас нет?!

Поодиночке и группами русские беженцы ходили от дома к дому, стучались в квартиры, просили хоть чем-то помочь: старой одеждой, обувью, деньгами, лекарствами, хотя бы куском хлеба...

И тогда папа не выдержал: рассказал мне, как взрослому, что развалился Союз народов – СССР, и многие коренные жители республик, входивших в этот Союз, ныне поспешно отделившихся, теперь считают русских (а русских в этих республиках постоянно живёт сотни тысяч) – оккупантами, захватчиками, грязными свиньями…

И это – тех русских, которые своим трудом, разумом и талантом подняли эти республики – от феодального до современного, цивилизованного уровня.

Может, эти республики снова хотят в свой прежний феодализм?! К примеру, русские учили-учили узбекских детей и самих узбеков, проживающих в сельской местности, подтирать попку туалетной бумагой – ученье не впрок: по-прежнему "подтирают" попки, после известного "священнодейства", острым камешком, как бы срезая то, что там повисло... Дешево и быстро! И – не переубедишь... А мы их к развитой Европе тянем... Запад есть Запад, Восток есть Восток.

В бывших советских республиках начали уничтожать русских, выдавливать в Россию, захватывая их квартиры, имущество, оскорбляя и унижая...

Рассказывая обо всём этом, папа, в конце концов, почему-то недовольно резанул рукой воздух: "Да не спрашивай ты об этом. Ты еще мал. Может, когда ты вырастешь, все эти перемены окажутся к лучшему..."

Почему он так думал – не знаю. Наверное, предполагал, что от этой трагедии прозреют все русские и, наконец-то, объединяться против мусульманского "оскала", "рыка", против надвигающегося мусульманского нашествия на Москву, на Россию. Против открытого ущемления прав русских в Литве, Эстонии, Латвии – в этих странах, ну надо же, разумным, холодным прибалтам свихнуться! – русских стариков – Героев Великой Отечественной войны – объявили чуть ли не врагами всех литовцев, эстонцев и латышей и сажают за решетку умирать... Это – сверхжестоко и страшно.

Папины слова – не расспрашивать о случившемся с Россией и с русскими – меня не остановили. Ведь я с малолетства любил смотреть новости по телевизору (потому что это – жизнь!) и видел, что творилось в Молдавии, Чечне, Узбекистане, Таджикистане, Казахстане... Как легко и просто расправлялись там с русскими: отрезали им головы, отрубали пальцы, руки, ноги; выкалывали глаза; раздавливали каблуками сапог половые органы; убивали; жгли их дома и документы; самих сжигали на огне; лишали работы; продавали им к праздникам отравленное шампанское... А в ответ на протесты – сажали в глубокие сырые ямы, в каменные "мешки"-колодцы, тюрьмы; пытали, избивали… Не у каждого психика выдержит смотреть всё это по телевизору. Как выдержала у меня – не знаю. Наверное, потому, что – надо было выдержать! Надо! Во что бы то ни стало – НАДО!!!

– Пап, – не унимался я, – а мы тоже – русские, да?

– И деды, и прадеды – все у тебя русские... Есть в нашем роду украинцы и белорусы – но это одна нация: русская. Древняя Русь где начиналась? Не знаешь – так знай: в столице Украины – Киеве...

Но однажды я увидел по телевизору, как на Западной Украине, во Львове, тысячи разъяренных, недовольных демонстрантов шли с лозунгами и кричали почти тоже самое, что и в Чечне, и в Узбекистане, и в Казахстане: "Русские оккупанты, убирайтесь вон!". Вот тебе и Древняя Русь! Ничего не понятно. И спросить не у кого. Родители умоляли, чтобы я не задавал такие больные, "слишком русские", вопросы, иначе я могу свихнуться, "чокнуться", а раз Бог дал мне жизнь – живи, мол, и наслаждайся жизнью...

Я быстро подрастал, потому что ел много "железной" каши – гречки, играл в подвижные игры – не сидел на месте. Я быстро понял, что надо быть здоровым, сильным, умным, чтобы меня уважали и считались с моим мнением. Чтобы я смог защитить себя и своих близких. Ведь добро, как сказал один поэт, должно быть с кулаками. Я с детства вырабатывал бесстрашие, залезая по железной узкой лесенке на высоченную каменную трубу котельной всего нашего микрорайона. Она – неподалеку от нашего дома.

Я теперь хорошо знал, как поступают в жизни со слабыми. Даже в нашем детско-подростковом мире идёт расслоение: если ты слабак, ты становишься объектом шуток, насмешек – сначала вроде бы безобидных, а потом – всё более омерзительных, неприятных, делающих тебя маленьким ничтожным человечком. И – душа твоя сжимается до постыдной жалкости. Душа уже не способна к большому делу, поступку… Она принижена, приземлена.

...Шли годы. К русским беженцам из стран СНГ и Балтии все брянцы давно привыкли. Мало кто им сочувствовал. Даже часто раздавалось недовольное в их адрес – сам слышал не раз: "Понаехали тут всякие, а у нас у самих – ни работы, ни денег, ни жилья…"

И я подумал: "А если бы моя русская семья, в том числе и я, жили бы, скажем, в Чечне, Молдавии, Казахстане или еще где – ведь мы бы запросто могли там жить, что тогда?!"

Ясно было одно: мы были бы уничтожены, или стали бы изгоями, как тысячи русских... Бездомные, голодные, русские мигранты наводнили Брянск... Россию... Но не нашли подлинно человеческого приюта...

Непонятно было, почему ничем не помогли им в странах исхода наши консульства, наши посольства? Теперь-то я знаю, они – бездействовали, а ныне вовсю наживаются на несчастье русских – за любую справку берут с них втридорога. А за приобретение гражданства РФ – русским надо платить тысячи рублей. Процветает узаконенное взяточничество. А не дашь на лапу русским же чиновникам, скажут: мол, мы уже не то, что на 2003 год, но и на два года вперед набрали документов для оформления гражданства РФ, а вы ждите, сейчас уже документы не принимаем... Всё это махровая ложь. Обман. Чтобы русские поняли, что надо давать взятки... Солидные взятки – в долларах...Вот тебе и – российские консульства! Вот тебе и – российские посольства!

Сейчас мне известно, что за последнее десятилетие в Брянской области побывали около 300 тысяч мигрантов. И только около 17 тысячам миграционная служба дала статус вынужденных переселенцев. А двести с лишним тысяч мигрантов подались в другие, более благополучные края, где есть работа, жилье...

Свыше 50 тысяч украинцев и белорусов сами обустроились на Брянщине: осели в городах, селах. Они не обращались в миграционную службу, заранее зная, что им там не дадут статус. Помогло то, что на Брянщине у них много родичей, да и сама Брянская земля – это их историческая родина: когда-то, до Октябрьской революции, большая часть её принадлежала Украине и Белоруссии; а две другие части – гораздо меньшие – Смоленской и Орловской губерниям. Брянской губернии, как таковой, тогда не существовало. Наша область возникла после освобождения Брянщины от немецко-фашистских захватчиков, после 1943 года.

Приток украинцев и белорусов в наш край продолжается. Живем с ними – душа в душу. Никаких черных кошек не пробегает между нами... И – не пробежит: ведь мы одного родового корня, мы – славяне.

Сам собой, еще тогда, в малолетстве, вставал передо мной вопрос: быть русским хорошо или плохо? Но полного ответа на него я тогда дать не мог. Однако своим детским умом осознал: то, что я – жив, что живы мои русские папа, мама, дедушка, мои многочисленные русские родичи – значит, быть русским – хорошо; но то, что русских преследуют, ненавидят в бывших – "братских" – республиках, – там быть русским – ужасно плохо! Это – русская трагедия. Мы как можно скорее должны забрать всех русских из этих республик, спасти их. Но как спасти – я не знал...


Сочинение третье

Двойной террор

...Кто ненавидит брата своего,
тот находится во тьме, и во тьме ходит,
и не знает, куда идёт, ибо тьма ослепила ему глаза.

Иоанн, 2, 11

Это было в самом начале июля 2000 года. Мне тогда только исполнилось 12 лет, пошел – 13-й. Но физически я выглядел старше своих лет.

Так как я с детства рос общительным, открытым, страшно любопытным, то у меня было много друзей. Однажды я с ребятами зашел в одну из русских правозащитных организаций Брянска. Свободного времени у нас было предостаточно, и мы решили спросить: может, нас примут работать волонтерами (добровольцами).

Эта организация оказывала (и оказывает!) бесплатную юридическую помощь мигрантам (статус, жилье, гражданство РФ, регистрация, трудоустройство, восстановление документов, защита в судах...).

Следя за приемом мигрантов, мы увидели, что мигранты – это, в основном, русские. Немало многодетных семей. Среди них часто бывают и неполные семьи: нет или отца, или матери (убиты или отравлены в республиках СНГ).

Русские люди, рыдая, рассказывали, как издевались над ними в бывших советских республиках... Как забирали их имущество, квартиры, дома... Как из автоматов стреляли над головами их детей, парализуя страхом, до заикания... Как тайно ночами, бросив всё – и жилье, и годами нажитое имущество – они, голодные, раздетые, пробирались в Россию...

То, что я услышал из уст русских мигрантов, меня потрясло. Мои друзья тоже были в шоке. Кто-то из них даже всерьёз сказал: "Надо создавать партизанские отряды из добровольцев и пробираться в республики, чтобы спасти оставшихся там русских".

Эта мысль была близка нам всем, ибо наши деды и прадеды во все времена партизанили в легендарных Брянских лесах, громили половцев, хазаров, татарву, польских и литовских панов, а в Великую Отечественную – ох, и досталось же от них фашистам: горела земля под ногами!

Но мысли мыслями, а дело – делом. Так как я в свободное от учебы время уже закончил с отличием курсы программистов-пользователей, в совершенстве владел компьютером, легко разбирался в любых программах, знал английский язык, то меня приняли в правозащитную организацию программистом, при этом проверив мою грамотность. Но сразу же сказали, чтобы я денег не ждал – работал бесплатно.

Я подумал: "Какие деньги?! Да и с кого их брать – с обездоленных, униженных мигрантов?! Ни за что, и – никогда! Русские – на грани выживания, им нужна и моя помощь..."

Конечно, надо было думать не в пафосных тонах, а приземлённее, ведь речь шла о кропотливой будничной, может и нудной, неинтересной работе. Но тогда я думал именно так, а – не иначе.

Уже три года после занятий в Брянской средней школе №60 я работаю программистом-волонтером в правозащитной организации. Печатаю на компьютере заявления, жалобы мигрантам, обращения в различные инстанции. Делаю по их запросу распечатку законов. Готовлю все материалы в суды... Работа далека от поэзии, но она нужна мигрантам, она облегчает их обустройство, горе, беды...

Теперь в России всем известно, что в республиках СНГ и странах Балтии развязан против русских самый настоящий террор. Но мало кто знает, что и в России против русских мигрантов существует узаконенный изощренный террор. Так что они – под двойным террором. Это – не ложь, не сгущение красок, такова действительность. И тому подтверждением – сотни искалеченных, затравленных русских людей. Они не знают, что делать. Где найти спасение от этого двойного террора?!

...С Эдуардом Васильевичем Дерябиным, русским, родившимся в России в 1941 году, я познакомился год назад. В двухлетнем возрасте, в 1943 году, он попал вместе с матерью в гитлеровские лагеря военнопленных – в города Триер и Готинген. Остался в живых. После войны уехал в Узбекистан. Завел семью. Проработал там честно более 40 лет. А в 2002 году из-за постоянного ущемления прав узбеками-националистами решил с семьей бежать в Россию.

В Консульском отделе российского Посольства в Узбекистане за свои личные две тысячи рублей ему выдали справку о получении гражданства РФ. Выдал завотделом А.А. Зедгенизов.

Справке той Брянская областная паспортно-визовая служба не поверила – начались многомесячные проверки. Почти год бывший малолетний узник не может получить в Брянске законно приобретенное им в Консульском отделе гражданство РФ, а также – новый российский паспорт, и, следовательно, – пенсию. Живет – чем Бог послал. Но чиновники равнодушны к искалеченному инвалиду – жертве Великой Отечественной войны, который во время пребывания в фашистских лагерях потерял слух, приобрел логоневроз (сильное заикание)...

Мы, правозащитники, пытаемся помочь ему, и поможем, но придется Эдуарду Васильевичу ждать и ждать... А вдруг у него не выдержит сердце? Всё может быть...

Таких обращений в нашу правозащитную организацию буквально сотни. Пришлось дать объявления в газеты, чтобы к нам приходили родичи тех русских, кто проживает в других республиках и собирается переезжать в Россию. Мы разъясняем родичам, чтобы они срочно сообщали своим близким о том, что при получении справок о гражданстве РФ в консульских отделах российских посольств в странах СНГ и Балтии необходимо сразу брать и справки, подтверждающие, что первая справка – не поддельная, не ложная, что они за нее, действительно, заплатили по четыре-шесть тысяч рублей (такие теперь расценки). Короче, справку – о справке! Иначе реально получить гражданство РФ и новый российский паспорт в России будет очень трудно: процедура может растянуться на долгое время, потому что консульские отделы наших посольств в странах СНГ и Балтии просто-напросто игнорируют проверочные запросы паспортно-визовых служб, потому что принадлежат к МИДу, а ПВС – к MBД. Да и не хотят они вообще вступать в переписку: между ними и МИДом РФ действует своя дипкурьерская почта...

Как видим, маразм бюрократов крепчает.

Если ты – исконно русский человек, но родился, скажем, в Туркмении от русских родителей, которых, как отличных специалистов, правительство СССР, еще при И.В. Сталине, Н.С. Хрущеве или Л.И. Брежневе, методом оргнабора направило поднимать отсталую феодальную мусульманскую страну, а теперь, когда твои родители умерли и ты оказался туркменам не нужен, ибо из тебя тоже выдавили все полезные соки, то знай: в России тебя ждут чиновники-бюрократы не лучше туркменских.

Ты для них – по ихним же бюрократическим дискриминационным законам –иностранец. Хуже американца или француза, потому что те богатые и могут легализовать себя с помощью взяток. Тебя же при приезде в Россию ждет бессмысленное собирание различных справок, да еще в Посольстве Туркмении в Москве с тебе сдерут за гадючную, никому не нужную справчонку о выходе из ихнего гражданства долларов двести – не меньше (в Азербайджанском посольстве, например, – аж четыреста долларов!!!).

Но собрав все справки, заполнив все анкеты, Брянская (и – любая другая!) паспортно-визовая служба (ПВС) будет еще решать: оставлять тебя и твою семью на постоянное жительство или нет? Ей – опять же по Закону РФ "О гражданстве РФ" – дано такое право. Не дай Бог, когда ты с семьей бежал из Туркмении в Россию, то какому-нибудь тупоголовому туркмену-националисту набил морду, защищая своего ребенка или жену. Ах, скажет наша ПВС, на тебе еще заведено уголовное дело и тебя разыскивают в Туркмении, нет, голубчик, ты нам не нужен. Знаем что – русский, а – не нужен.

Но, допустим, морду ты никому не бил, ты вёл себя – тише воды, ниже травы, ты всем угодил, ничего не нарушил. Тебя оставляют на постоянное место жительства (ПМЖ) в Брянске. Но не спеши радоваться: хотя ты и вышел из Туркменского гражданства, но льгот у тебя никаких: тебе, истинно русскому, выдадут всего лишь вид на жительство, поставят штамп прописки в нём и тебе придется безропотно и безвыездно ждать 5 лет гражданства РФ.

Можешь ежегодно выезжать месяца на три за пределы России – не больше. Но ты под колпаком. За тобой следит ПВС. Пройдет 5 лет, а гражданство РФ могут снова не дать: скажут, что ты нарушал режим проживания. Еще продлят на пять лет вид на жительство... Один убеленный сединой россиянин, с орденами и медалями, пришел на прием в ПВС, узнал про всё это и заявил от безнадежности тамошним сидельцам - бюрократам — звёздопогонникам: "Обвяжу себя динамитом, гады, и подорву весь ваш змеюшник..." Зажиревшие молодцы с широкими рассиженными задами, как у зажиревших узбеков-националистов, взяли деда под белы рученьки и вывели. Что с его нищенской пенсии взять – на взятку не расколешь!

Бюрократический террор против русских, проживавших в странах СНГ и Балтии и бежавших в Россию для спасения своих семей, с принятием другого Закона РФ – " О правовом положении иностранных граждан в РФ" от 25 июля 2002 года №115-ФЗ еще больше усилился в России-матушке. Теперь, действительно, русские – это уже не русские: строго требуют приглашение на въезд в РФ, миграционную карту-разрешение на временное проживание, вид на жительство, разрешение на работу... На сбор одних справок уходит несколько месяцев, а то и – год. Русские мигранты, придя в ПВС, плачут, рыдают: "Помогите!.." А помощи – никакой.

Я знаю, нашей стране повсеместно нужны высококлассные специалисты. Среди мигрантов их – большинство. Так что мигранты – это не обуза, а – благо для России. Но на практике – всё наоборот. К примеру, недавно приехала из Казахстана на постоянное место жительства в районный город Сураж Брянской области, на историческую родину мужа, семья Натальи Александровны Востриковой. Сама – опытнейший банковский экономист-финансист. Муж её – мастер по ремонту железнодорожного подвижного состава. Сын-школьник. Вместо того, чтобы правильно разъяснить им, какие надо справки собирать для получения гражданства РФ, регистрации, работники Суражской ПВС сказали – как отрезали: "Сейчас хаос творится с законами, мы не знаем, что вам и сказать... Езжайте обратно в Казахстан годика на полтора, а когда у нас хаос уляжется, законы начнут действовать, то – милости просим..."

Вот такие непрофессиональные ответы районные паспортно-визовые службы дают русским мигрантам повсеместно.

Оказывается, сначала не было "Положения о порядке рассмотрения вопросов гражданства РФ" – необходимого подзаконного акта к Закону РФ " О гражданстве РФ", и тогда тоже всем прибывшим в Россию русским мигрантам говорили: "Ждите! Ждите!…"; теперь – не начала еще действовать Инструкция к Закону РФ "О правовом положении иностранных граждан РФ" (слава Богу, с недавнего времени действует, но судьбу русских мигрантов эта Инструкция не облегчила).

Русские мигранты по-прежнему не нужны России.

0
Лев

Контакты

Яндекс.Метрика