23
Сб, март

2005

Французское "Non" и голландское "Nee", сказанные на референдумах по ратификации Евроконституции, заставили евроскептиков говорить едва ли нео "конце" единой Европы. Пока очевидно только одно: кризис состоялся по причине сильнейшего конфликта нововыращенной общеевропейской и старых национальных идентичностей. Впрочем, прошедший этим воскресеньем референдум в Швейцарии, на котором граждане выразили свое согласие вхождению Швейцарии в Шенгенскую зону, говорит, что пути интеграции пойдут поболее инертному сценарию. Евроинтеграция, ставшая более невозможной "сверху", возвращается на свой традиционный эволюционный путь растаскивания политических и экономических форм "Единой Европы" на отдельные "еврозоны". <…>

Французский и голландский демарши на самом деле вскрыли подземное течение медленного, но неуклонного процесса, который уже достаточно давно подтачивает почву под ногами общеевропейских интеграторов. "Старые" европейские народы все больше пытаются остаться французами, немцами, итальянцами и шведами, а не безликими "европейцами". Об этом говорят становящиеся все более частыми успехи правых партий в Германии, Италии, Австрии, Голландии, во Франции и других европейских странах, с которых постепенно слетает тяжелый шарм ренегатов, мракобесов и "душителей свобод".

Политические пристрастия молодого поколения Европы с середины 1990-х годов "правеют" едва ли не в геометрической прогрессии, а партии правой и националистической ориентации занимают все больше кресел в палатах местных представительств. По-видимому, скоро они обретут моральную готовность к штурму, казалось бы неприступных для них политических высот. Свидетельствами этому могут стать очевидные успехи NPD в Германии и не столь давние политические прорывы Йорга Хайдера в Австрии и Жан-Мари Ле Пена во Франции. Интересно, что взлету австрийца помешал только его собственный язык, непривычный к политкорректной общечеловеческой фразеологии, а Ле Пен пострадал от крайне неудачно сложившейся внешней политической конъюнктуры, напоминающей знакомые изгибы судеб героев и антигероев украинской "оранжевой революции". Впрочем, весьма показательным является тот факт, что оба деятеля остались на политической сцене ив последнее время усиленно заявляют о себе. В обойме популярных правоцентристов не повезло лишь голландцу Пиму Фортейну. Но даже его скорая смерть от рук активиста левых говорит, что правая идея в Европе пугает именно потому, что продолжает набирать очки. <…>

Примечательно, что процесс "правения" некоторых стран Европы в пику моделистам-конструкторам из Брюсселя, пытающихся превратить Европу в полигон для интерсоциального Lego, идет осторожными эволюционными шагами "низовой демократии". "Правые" создают скорее фон, нежели отдельные прецеденты своих политических успехов. Есть вероятность, что большая часть Европы через несколько лет испытает "шотландский синдром". Иными словами, можно ожидать, что отношение среднеевропейского обывателя к правым партиям сможет прогрессировать из прохладно-настороженного кпассивно-благожелательному. Этот прецедент вошел в историю в 1997г. - на выборах в Шотландии, где Шотландская национальная партия (SNP), хотя и не смогла занять достойного представительства в местном парламенте, но сумела создать вокруг себя ауру общенационально значимой силы, которая привлекла к себе внимание достаточно широкого спектра общественных мнений. Кандидаты от других партий, остерегаясь слишком сильно задеть национальные чувства своих избирателей, не рискнули в процессе предвыборной борьбы открыто критиковать взгляды националистов.

О том, что политический маятник качнулся вправо, свидетельствуют не только первые робкие успехи правых партий, но и серьезный кризис социал-демократического пояса, охватившего Западную Европу от Даунинг-стрит до Бундестага.

Дмитрий Данилов
10.06.2005, в сокращении

0
Лев

Контакты

Яндекс.Метрика